Социология личности
Четверг, 19.01.2017, 09:35
Приветствую Вас Гость | RSS|Карта сайта
Главная |Лекции|Социология управления|Социальное фото:1 2 3 4 5|Социология личности | Регистрация | Вход
Меню сайта
Форма входа
Календарь новостей
«  Январь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031
Друзья сайта
Статистика
Социология

Социология личности

Ч.1 - Ч.2

Занимая одновременно различные социальные позиции, принадлежа одновременно различным социальным пространствам и подсистемам, индивид изначально обречен на одновременное или последовательное исполнение ряда социальных ролей, утрату одних из них и приобретение других. В результате он действует в рамках определенного репертуарного ролевого набора, которому стремится (если оказывается подготовлен к этому) придать характер системности, что требует от него выявления жизненных приоритетов, в данном случае - доминантных для него социальных позиций (которые не обязательно могут соответствовать его предпочитаемым личностным образцам, а выбираться, например, под воздействием внешних обстоятельств, социального давления и т.п. факторов). Если такие приоритеты определены и приняты личностью как руководство к действию, то в рамках данной концепции можно говорить о сформированности ролевой системы индивида.

Каждая социальная роль предполагает наличие ее нормативной структуры и ролевого поведения (стратегии и технологии ее исполнения). В нормативной структуре социальной роли фиксируются ролевые предписания и ожидания, образцы поведения, права и обязанности, система санкций (стимулов и репрессий), критерии оценки исполнения, отсылки к фундирующим роль ценностям. Фактически, соотношение прав (ожиданий индивидом того, что другие будут вести себя по отношению к нему должным образом), обязанностей (ожиданий других от индивида должного поведения) и санкций (мер и средств защиты социального порядка) предопределяет социальный статус индивида, занимающего ту или иную социальную позицию и исполняющего ту или иную социальную роль. В различных версиях статусно-ролевой концепции личности нет единства в вопросах о том, роль определяет статус или, наоборот, статус определяет роль (в этой логике следовало бы говорить о том, что каждая позиция обладает предписанным или достигаемым статусом, диктующим исполнение той или иной роли). Нет в этих версиях и согласия по поводу того, обладает ли индивид единым (интегральным) социальным статусом, независимо от многообразия исполняемых им ролей (если они объединены в рамках единой ролевой системы), или же, меняя социальные позиции и роли, индивид меняет и свои статусы (т.е. он обладает более чем одним социальным статусом одновременно, хотя в рамках ролевой системы может быть определен его основной социальный статус; иное дело - изменение статуса или статусов на протяжении жизни человека).

Для выбора той или иной версии трактовки сути социального статуса и понимания формирования ролевых систем большое значение в статусно-ролевых концепциях личности имеют еще два понятия: социального престижа и ролевого конфликта. Под первым понимается объективированная в определенных критериях и шкалах сравнительная и разделяемая социумом, институтом, общностью, группой, отдельными людьми (имеющими на то санкцию в глазах того или иного сообщества) оценка социальной (социокультурной) значимости для социальных целостностей тех или иных социальных позиций, ролей, но прежде всего статусов. Социальный престиж оформляется, как правило, знаково-символическим образом и во многом связан с властными (в самом широком смысле слова) возможностями обладателя того или иного социального статуса. Последний поддается корректировке через формирование определенного имиджа той или иной позиции и роли. Оценки престижности являются мощным регулятором социального поведения, формирования и перестройки ролевых систем индивида. Формирование и перестройка ролевых систем предполагает ситуацию выбора и согласования ролей, провоцирующую возникновение ролевых конфликтов, требующих от личности иных (чем в условиях нормального функционирования) стратегий и технологий действования и поведения.

Дальнейшее развитие статусно-ролевых концепций происходило как через акцентирование аспекта ролевого поведения в них (рассмотрение механизмов определения и интернализации роли индивидом, стратегий мотивации и т.д.), так и через универсализацию категориально-понятийных средств подхода для анализа иной тематики и проблематики. Так, расширяется понимание социализации, которая начинает трактоваться не только как усвоение социальных ролей, но и как выработка собственных образцов поведения и поиск референтных групп. Аналитические средства подхода переносятся на анализ социальных групп и институтов, которые начинают анализироваться как организованности социальных ролей и статусов. Вводятся представления о стратегиях и технологиях переопределения ситуаций, в которых оказывается индивид и/или группа, механизмах формирования лидерства и принятия решений и т.д. Однако все эти новации лишь смягчают, но не отменяют исходных аксиоматических допущений подхода. Рефлексия последних способствовала конституированию различных версий диспозиционных концепций личности, сформировавших иной (чем статусно-ролевой) подход к пониманию личности в неклассической социологии.

Последний, удерживая тезис о социальности личности и преимущественной детерминации ее поведения "извне" (из социума и культуры), попытался согласовать с ним тезис об активном участии в формировании социального поведения и действования индивидов "внутренних" личностных структур личности. Идя на уступку социологическому психологизму, базирующемуся в социологии личности прежде всего на (нео)бихевиористской и (соответствующим образом препарированной) психоаналитической методологии, представители данного подхода не столько описывали сами эти "внутренние" личностные структуры, сколько "подставляли" их под те факты (объективации) поведения и действования, которые оказывалось сложно и/или невозможно объяснить действием лишь "внешних" (социальных или социокультурных) детерминант. В этом аспекте диспозиционные концепции оказываются оппонирующими близким им, но строящимся в "обратной" логике развертывания теориям символического интеракционизма, в котором социальное вводится для объяснения психологического (их соотнесенность задается здесь через "обобщенный образ другого").

Понятие "диспозиционная структура" было призвано обозначить фиксированную в социокультурном опыте личности предрасположенность и готовность воспринимать и оценивать условия деятельности, а также действовать в этих условиях определенным образом. Образуя "глубинную" личностную структуру, диспозиции остаются недоступными непосредственному социологическому анализу. Они конкретизируются в понятиях фиксированных социальных установок (в иной традиции - аттитюдов ) и ценностных ориентаций, о которых уже можно судить через анализ их "внешних" проявлений (оценок и поведенческих реакций). Фактически диспозиции суть то, что "подставляется" под определенные сочетания таких "внешних" проявлений, отличая их друг от друга в их значимости для различных стратегий действования в социуме и культуре. Огрубляя, можно сказать, что они суть "приписанные" индивидам конечные основания, формирующие и структурирующие систему мотивов и мотиваций, сказывающихся на выборе конкретных решений и социальных действий людей. В свою очередь, социальные действия в этих концепциях можно расписывать как развертывание определенных потребностей и интересов личности через определение целей и выбор средств их достижения в связанный набор (систему) осуществляемых операций (актов), ведущих к достижению определенного результата, вновь замыкающегося на потребности-интересы.

Таким образом, в данном типе социологических концепций личности помимо "внешних" социокультурных детерминант, диктующих относительно постоянную и внутренне связную систему нормативно одобряемых действий во исполнение определенной социальной роли в соответствии с занимаемой социальной позицией (наделяемой характеристиками социального статуса и престижа), вводится представление о сложной "внутренней" детерминации, задающей репертуар вариаций ролевого поведения на уровне индивидуального исполнения на трех уровнях: диспозиции - мотивы - цели. Данные уровни, кроме всего прочего, характеризуют меру открытости личностных структур вовне - от закрытых "ядерных" образований, о которых в рамках социологических дискурсов можно судить главным образом лишь косвенно (диспозиции) через уровень мотивов и мотивировок к непосредственно выносимым в деятельностную реализацию целям. Аналогичную соподчиненность можно прослеживать и между структурами субъективного, отраженного (зеркального) и ролевого "Я".

Однако в целом диспозиционные концепции личности, смещая исследовательский интерес на "внутренние" личностные структуры, остаются в рамках основных социологических установок социологии личности и могут быть по ряду параметров соотнесены со статусно-ролевым подходом. В то же время в неклассический период развития социологии сложился и ряд оппозиционных названным версий анализа личностной проблематики, выходящих за пределы доминировавших представлений. Прежде всего изменения в С.Л. вносились за счет психологизации ее концептуального аппарата. В этой перспективе можно выделить несколько основных направлений анализа.

Первое связано с методологическими и теоретическими установками символического интеракционизма, который, исходя из принципов социального бихевиоризма и предложив их синтез с рядом идей понимающей и феноменологической социологий, а также прагматизма и инструментализма, сумел предложить принципиально иное (новое) прочтение тематики и проблематики социологии личности. У истоков символического интеракционизма стояли Ч.Х. Кули (концепты первичных социальных групп и зеркального (отраженного) "Я", акцент на взаимоотношениях "Я" и "Другого" и на задачах самореализации личности) и У.А. Томас  (тезисы о предрасположенности личности к определенному типу поведения и конструированию (переопределению) ею своих ситуаций). Основной же круг идей направления связан с именами Дж.Г. Мида  и его ученика Г. Блумера , окончательно сместивших акцент при изучении личности на уровень ее интеракций (межиндивидуальных непосредственных, но прежде всего символических взаимодействий) и конституировавших двойственность личностных структур ("Я" как субъекта и "Я" как объекта). К этому направлению близки теории Дж. Морено  (социометрия, психодрама, социодрама) и И. Гофмана  (драматургическая социология).

Второе направление связано с социологической переинтерпретацией психоаналитической традиции, основания для которой заложил уже сам З.Фрейд  (трехчленная модель психики человека, трехчленная структура личности, механизмы психической самозащиты "глубинных" структур личности, учение о комплексах и неврозах, социализационная концепция). Однако в контексте социологии личности важнее то влияние, которое оказал психоанализ на подходы, как минимум, Г. Маркузе, Э. Фромма , Э. Эриксона , не говоря уже о том, что к его методологическим установкам и концептуальным разработкам в той или иной мере были вынуждены в дальнейшем обращаться чуть ли не все авторы, разрабатывавшие личностную тематику и проблематику, даже если они относились крайне отрицательно к психоаналитической традиции как таковой. С.Л. Маркузе, а в значительной мере и Фромма, кроме психоаналитических имела и неомарксистские корни - критическую социальную теорию Франкфуртской школы, в рамках которой были разработаны и теории личности, не имевшие прямого отношения к психоанализу - в частности, концепция авторитарной личности Т.Адорно  и М. Хоркхаймера. Развернутая же С.Л. в рамках данного направления была предложена Фроммом на основании соотнесения социальных практик современного общества, подталкивающих индивидов к предпочтению модуса "иметь" модусу "быть", а тем самым к "бегству от свободы", и личностных структур, претерпевающих в результате "утраты свободы", неотделимой от сути человеческого способа быть, деструкцию. Вскрытие анатомии человеческой деструктивности в социуме и поиск способов ее преодоления и есть, согласно Фромму, одна из основных задач социологии личности.

Разработки же Эриксона, оставаясь в целом в рамках психологии, но хорошо "накладываясь" на концепции социализации личности, способствовали переинтерпретации (при их развитии) всей проблематики и тематики социологии личности. Речь в данном случае идет прежде всего о понятии "идентичность" и тезисе о "смене идентичностей" по мере проживания человеком определенных жизненных циклов и изменения социокультурных условий (через восемь кризисных альтернативных фаз решения возрастных и ситуативных "задач развития"). Идеи Эриксона оказались созвучны ряду положений гуманистической психологии - третьего направления, способствовавшего психологизации социологии личности, особенно феноменологически и экзистенциально ориентированных ее версий. В основе гуманистической психологии - представления о человеке как о личности, свободно делающей свой ответственный выбор среди предоставленных возможностей, способной, в том числе, адекватно ответить на вызовы социокультурной среды. Тем самым человек, реализующий свою сущность, "обречен" на постоянное самосовершенствование (беспрерывное становление) как условие его полноценного бытия в социуме и культуре. Наиболее "социологично" интенции данного направления выразил А.Х. Маслоу - введший представление о системе потребностей человека как разделенной на иерархизированные базисные и равнозначные метапотребности. Базисные потребности (физиологические, экзистенциальные, социальные персональные), согласно Маслоу, актуализируются в конкретике социокультурных ситуаций и "угасают" по мере их удовлетворения и актуализации иных базисных потребностей. Метауровень образуют потребности самоактуализации, предполагающие стремление индивида к самотрансценденции, которое способно в той или иной мере реализовать достаточно ограниченное количество людей. Однако даже если этот уровень остается недостижимым для большинства, само стремление к "возвышению" целей свидетельствует о возможности все более адекватных "вызову" среды "ответах" индивида.

Кроме трех основных направлений психологизации социологии личности, необходимо отметить и принципиальные изменения, внесенные в последнюю под воздействием культурологизации ее тематики и проблематики. Процесс культурологизации социологии личности отчетливо обозначился уже через адаптацию в ней круга идей феноменологической социологии и усвоение некоторых версий гуманистической психологии. В последнем случае можно говорить, в частности, об экзистенциальном анализе В. Франкла, центрированного вокруг идеи нахождения (обретения) и реализации смысла, фундированного ценностными универсалиями (творчества, переживания, отношения), человеком, принадлежащим тому или иному обществу. Другое направление этого процесса было задано взаимодействием между социологическими и антропологическими дискурсами. Свою лепту в переинтерпретацию С.Л. внесли как культурная (Л. Уайт, К. Герц и др.), так и структурная (прежде всего К. Леви-Стросс) антропологии. Особо необходимо обозначить заслуги в этом отношении немецкоязычной философской антропологии - М. Шелер, Х. Плеснер , А. Гелен , Э. Ротхакер и др. Однако наиболее процесс культурологизации проблематики и тематики социологии личности стал заметен со становлением постнеклассического знания в целом, социологии - в частности. Прежде всего это связано с продуцированием постструктуралистского и/или постмодернистского круга идей - М. Фуко , Ж. Бодрийар, М. Маффесоли, З. Бауман и др. Данный круг идей не только поставил под сомнение возможность понимания социологии личности как специальной социологической теории и/или совокупности разнопарадигмальных теорий, но, будучи принципиально ориентирован на метауровень анализа, стремился "снять с рассмотрения" саму тематику и проблематику субъекта-личности-человека как особых идеологических и методологических конструктов, объяснительные возможности которых объявлялись исчерпанными. Наиболее известны в этом отношении тезисы о "смерти субъекта" и о "человеке как просвещенческой иллюзии-фикции".

Таким образом,социология личности, наработавшая за время своего развития разветвленный понятийный и методический аппарат, ставится в современном социогуманитарном знании перед необходимостью критически-рефлексивного обращения к самим своим методологическим основам и концептуальным допущениям. Без проделывания такого рода работы ее дальнейшее развитие представляется весьма проблематичным.


Социология
Социология | Лекции по социологии | Социальные институты | Методы социологического исследования | Социология реферат | Социология семьи | История социологии | Основы социологии| По всем вопросам обращайтесь через эту форму
Сайт управляется системой uCozsociology2015.ru © 2017